По крайней мере именно об этом свидетельствуют неестественно окрепшие юные голоса, извергающие за окном пьяные вопли.
Выглянув с кружкой кофе на балкон, я обнаружил пересекающую улицу толпу подростков, облаченных в светлые костюмы, галстуки, безупречность узлов которых изрядно подточили события сегодняшнего дня. Через плечо у каждого были малиновые ленты, и так шли они, выкрикивая футбольные кричалки, хлопая в ладоши и в конце каждого куплета выдавая удивительную смесь звуков “Э” и “О”, - акустически изрядно смахивая в этот момент на стадо ослов. Некоторые из них при этом умудрялись слушать музыку в телефонах, и шумно выяснять что-то со своими спутницами, что еще имели на голове банты, но уже не вполне справлялись с передвижением на каблуках, ввиду определенных проблем с вестибулярным аппаратом и реактивным эффектом от взрывов хохота, периодически их сотрясавших; – в целом, являя собой весьма низкоорганизованных существ.
Что-то помнится мне, что у меня все было совсем не так.
Моя школьная любовь была с другим, и я сидел один на лавке в школьном дворе с ящиком мороженого, в принесенным кем-то из столовой, где был банкет. Я ел мороженое, доставая стаканчики один за другим. Впереди у меня были месяцы казарм в пустыне Муюн-Кум,где было четверо русских, включая меня и сто четырнадцать казахов, со всем, что это может значить. Неудачные экзамены в Летное училище, удачные – в ВПА, и погоны на годы. Мне так и не достанется ни месяца студенческой жизни, пива и девушек, пирушек в общагах и прочих удивительных соблазнов, что мои одноклассники уже пытались вдохнуть, раздувая ноздри. Впрочем, сейчас я не сожалею о том, что мне досталось вместо этого. Бог знает, кем бы я стал иначе.
Многое произойдет, но для меня тогда, закинувшего ногу на ногу в пустом школьном дворе, расслабившего галстук, что помог завязать отец, думающего, что она очень хороша в этом красном платье, раз за разом откусывавшему пломбир и криво улыбавшемуся новой жизни - уже было понятно, что об этом времени, которому я все 10 лет желал скорейшего завершения, я буду вспоминать всю жизнь.